Протоиерей Григорий Дьяченко и его "Духовный мир"

 Промысл Божий о человеке и особенно о людях благочестивых

Не пять ли малых птиц продаются за два ассария? И ни одна из них не забыта у Бога. А у вас и волосы на голове все сочтены. Итак, не бойтесь: вы дороже многих малых птиц (Лк. 12, 6-7).

Так напоминанием о промысле Божием утешал учеников Своих Иисус Христос.

Особенное Божие промышление о человеке вообще ясно раскрывается в Священном Писании.

Бог дает бытие и жизнь каждому человеку: о Нем бо живем и движемся и есмы (Деян. 17,28). Руце Твои сотвористе мя и создасте мя, говорит праведник Богу (Пс. 118,73).

Бог дает душу человекам, как говорит премудрый: дух возвратится к Богу, Иже и даде его (Еккл. 12,7). Бог дает дыхание людем, иже на ней (на земле), говорит пророк, и дух ходящим на ней (Ис. 42,5).

Бог промышляет о всех обстоятельствах человеческой жизни. Той бо зритель есть дел человеческих, - говорит Иов (Иов. 34, 21). В руку бо Его и мы и словеса наша, и всякий разум, и дел художество (Прем. 7,16).

Бог промышляет и о свободных делах человека. Премудрый учит: от Господа исправляются стопы мужу: смертный же како уразумеет пути своя (Притч. 20, 24). Всяк муж является себе праведен, управляет же сердца Господь (Притч. 21, 2). Господь разоряет советы языков, отметает же мысли людей, и отметает советы князей (Пс. 32, 10). Иже аще совещаете совет, разорит Господь, и слово, еже аще возглаголете, не пребудет в вас, яко с нами Бог (Ис. 8-10).

Бог промышляет о всех людях: яко солнце Свое сияет на злыя и благия, учит Христос Спаситель, и дождит на праведныя и на неправедныя (Мф. 5,45).

Бог особенно промышляет о человеческих обществах: Он дает народам и племенам царей и вождей. Той поставляет цари и преставляет, - говорит пророк (Дан. 2, 21). Каждому языку дает своего вождя (Сир. 17, 14). Премудрый говорит: слышите убо царие и разумейте, научитеся судии кощее земли: яко дана есть от Господа держава вам, и сила от Вышняго, Иже истяжет дела ваша, и помышления испытает (Прем. 6,1-3).

Бог управляет царями и руководствует их по Своим намерениям: Мною царие царствуют, - говорит Бог, - и сильнии пишут правду (Притч. 8,15). Яко же устремление воды, тако сердце царево в руце Божией: аможе аще восхощет обратити, тамо уклонит е (Притч. 21, 1). И все подчиненные власти также от Бога, по учению апостола: несть власти аще не от Бога: сущия же власти от Бога учинены суть (Рим. 13,1).

Все Священное Писание, как Божественное откровение, и все строительство спасения рода человеческого, как в Ветхом Завете, т.е. до пришествия в мир Иисуса Христа, так и в Новом Завете, т.е. по пришествии в мир Иисуса Христа, Спасителя мира, - суть великие дела особенного Божеского промышления о человеке. 

Читать книгу целиком: Протоиерей Григорий Дьяченко Духовный мир. Рассказы и размышления, приводящие к признанию бытия духовного мира.

Блаженный Августин и его Град Божий

 Аврелий Августин появился на свет в 354 году, в нумидийском городе Тагасте (на севере Африки), ныне Сук-Арас, Алжир.

После своего обращения в христианство и крещения в 386 году Августин Аврелий разработал свой собственный подход к философии и теологии, включив в него различные методы и точки зрения.
Историк Диармайд Маккалок писал: «Влияние Августина на западную христианскую мысль трудно переоценить; только его любимый пример, Павел Тарсский, был более влиятельным, и жители Запада обычно видели Павла глазами Августина».

Августин Блаженный оказал сильное влияние на догматическую сторону христианского учения.

...Что же давало человечеству создание блаженного Августина?

Государственная власть империи V века своими мероприятиями сокрушила внешнюю силу язычества: она низвергла его храмы, идолов, жертвоприношения. Августин одержал победу над духовным наследием античного мира. Он преодолел язычество в его истории, в его заветах, в его научных и философских приобретениях. Однако великий боец западной церкви стремился не столько уничтожить, сколько покорить своего противника. Да и возможно ли было отвергнуть всю античную культуру? Не лучше ли было воспользоваться ею для нужд нового времени? Это и сделал Августин в своем «Граде Божием». После него очевидно стало, что древнее человечество трудилось не даром в течение тысячелетий. То, что было им создано, должно было служить потребностям дальнейших поколений, содействовать тому, что впоследствии названо было прогрессом. Как религиозный человек и как епископ, Августин был непоколебимо убежден, что этот прогресс возможен только под сенью церкви, которая является частью «Града Божия», скитающегося по земле. Поэтому он величает ее «столпом и утверждением истины». Вне церкви — нет спасения. «Вне церкви — бесполезны добрые дела... Вне церкви ничему не помогут ни девственность, ни мученичество, ни отпущение грехов, ни молитвы».

Уже Амвросий Миланский прославлял церковь, как «тихую пристань среди мирской бури». Такое восхваление было в то время вполне естественно — особенно, на западе империи.

Государственная власть, действовавшая здесь, явно слабела и разлагалась. Ей не под силу было — ни объединить население, ни обеспечить ему мир, порядок, благосостояние, даже внешнюю безопасность. Народ видел эту власть, главным образом, в образе ненавистных сборщиков податей или грубых солдат, приходящих на постой. Зато влияние церкви все возрастало. Мало того, что она во множестве устраивала больницы и богадельни, приюты и странноприимные дома. Мало того, что она стремилась смягчить грубые нравы, улучшить положение рабов, внушить уважение к труду. В руках епископов, благодаря пожертвованиям и завещаниям, накапливались огромные богатства.

К ним переходили все большие и большие полномочия в судебных и правительственных делах. Сами императоры вынуждены были считаться с этой властью, — и если Амвросий мог безнаказанно грозить отлучением Феодосию, то понятно, что обыкновенные чиновники государства трепетали перед гневом владыки церкви. Особенно чувствовалось это в Риме. Когда тамошний епископ, облаченный в золотую парчу, в пурпуровой обуви, осыпанной драгоценными камнями, являлся народу со своей блестящей свитой, представители государственной власти совершенно терялись рядом с ним... И невольно вспоминались слова, сказанные, будто бы, императором Константином отцам Никейского собора: «Богом поставлены вы над нами, как боги...»

Августин не только понял то значение, которое приобрела церковь в V веке. С гениальной прозорливостью он предугадал ту роль, какую должна была играть эта могучая сила в грядущие времена. Он чувствовал, что церкви суждено взять на себя строительство жизни в новом обществе, что перед ее властью склонится все, Само государство обрекалось на подчинение этому господству. Вот почему его «Град Божий» был одновременно — итогом минувшей истории и предвестием наступающей эпохи — т.е. средневековья. Для людей этого периода — особенно же для будущих деятелей средневековой церкви — духовное наследие Августина послужило идеальной опорой, явилось в некотором роде новым евангелием...

В.Потемкин

Религиозно-мистическая сторона жизни в статьях Философова

 Дмитрий Владимирович Философов (1872-1940) - русский публицист,

художественный и литературный критик, религиозно-общественный и политический деятель. В журнале «Мир искусства» (1898—1904) Д. Философов был редактором литературного отдела, позже занял должность руководителя отдела художественной критики.
Наряду с эстетизмом Философова привлекала религиозно-мистическая сторона жизни.  Большую полемику в еженедельнике религиозно-общественной жизни и политики «Век» вызвала статья Философова «Братство церковного обновления» и ее продолжение «Церковь и революция» (вошедшее в книгу «Слова и жизнь» под названием «Церковь и освободительное движение»). В дискуссии приняли участие В.П. Свенцицкий. С. Аскольдов (С.А. Алексеев), Н.А. Бердяев. В том же номере журнала «Век», где 13 мая 1907 г. была напечатана статья Философова «Церковь и революция», Вал. Свенцицкий обвинил Философова в том, что он превращает «новое религиозное сознание» в «новое сектантство»: «Самый спорный пункт, разделяющий нас от Д.В. Философова и других, не в том, что они учат о новом религиозном сознании, о Церкви трех, о новых мистических процессах, а в том, что начать новую религиозную жизнь, войти в Церковь Троицы можно, по их мнению, только порвав с православием, не в смысле идейных, политических разногласий с ним, а в смысле живого общения в таинствах». С. Аскольдов в статье «По поводу поучений Д.В. Философова» (Век. 1907. № 19.20 мая. С. 274) пишет, что «автор вразумляет Братство и старается обнаружить всю тщетность его стремлений реформировать православную Церковь». В статье «Старообрядчество и православие», сравнивая склонное к реформам католичество с твердым православием, Философов замечает: «Отличительная же черта восточного православия в том и состоит, что оно считает свое догматическое развитие раз навсегда - законченным» («Неугасимая лампада». С. 26).
С развернутой критикой политического аспекта православия у Философова выступил Н.А. Бердяев в статье «К вопросу об отношении христианства к общественности», где заявил: «Мне думается, что Философов дал неясную и опасную по своим последствиям формулировку для верной в основе мысли. Православие срослось психологически и исторически с самодержавием, православная общественность - реакционна, это - эмпирический факт, требующий истолкования. Я утверждаю, что православие не связано с самодержавием мистически, что сама идея этой связи, одинаково поддерживаемая и реакционерами и революционерами, абсолютно нелепа, что из православной метафизики нельзя внутренно, органически вывести ни царизма, ни какой бы то ни было государственности» (Век. 1907. № 24. 24 июня. С. 372)...

Из статьи А. Николюкина. Д.В. Философов в кругу декадентов